Дасаев: жаль не приедет Марадона

Легендарному вратарю московского "Спартака" и сборной СССР Ринату Дасаеву 13 июня исполнится 50 лет. В честь юбилея в "Лужниках" пройдет ветеранский матч сборных СССР и всего остального мира.
Дасаев: жаль не приедет Марадона


- Проведение вашего юбилейного матча давно задумывалось?

- Да, ведь санкцию на его проведение дает ФИФА. И еще в январе на "Кубке чемпионов Содружества" мы с руководителями нашего футбола встречались с Йозефом Блаттером и Мишелем Платини. Они идею матча одобрили и обещали даже помочь с формированием сборной мира.

- Ее составом вы довольны?

- Я буду рад видеть всех приглашенных знаменитостей, против которых мне когда-то выпало играть. Хотя все приехать в любом случае не смогут — у каждого свои обстоятельства. Жаль, что не будет из-за проблем со здоровьем Диего Марадоны...

- А Марко Ван Бастена, забившего вам, извините за напоминание, обидный гол в финале чемпионата Европы-88, пригласили?

- А как же. Только он тоже вряд ли приедет — у него много забот в сборной Голландии. Зато компанию Мишелю Идальго в тренерском штабе гостей скорее всего составит экс-наставник английской сборной Свен-Эран Эрикссон.

- Вы, кстати, в "Спартаке" и сборной играли под руководством знаменитых отечественных тренеров — Константина Бескова, Валерия Лобановского, Эдуарда Малофеева. Но даже обладая независимым характером, никогда не попадали в настоящую опалу. Как вам это удавалось?

- Компромисс между тренером и игроком всегда возможен. Тем более если первый способен и требовать, и прощать. А мне посчастливилось играть под руководством именно таких специалистов. Мы ведь действительно всегда могли понять друг друга, не доводя дело до открытого конфликта.

- В то время игроки сборной могли всерьез нарушить режим?

- По молодости всякое случалось. Но важно уметь при этом не переходить определенную грань.

- А бывало, к примеру, что после вечернего застолья вы наутро просили освободить вас от тренировки?

- Нет, такого никогда не было! Вот, наверное, поэтому у меня всегда и сохранялось взаимопонимание даже с самыми требовательными тренерами.

- Какой эпизод карьеры вы считаете своим звездным часом? Наверное, чемпионат Европы-88?

- Серебро на том турнире — конечно, большой успех для нашей сборной. Но я все-таки не хочу выделять в памяти какое-то отдельное событие. В то время у нас почти всегда была отличная команда. Вот, к примеру, на чемпионате мира 1982 года в Испании мы были в шаге от полуфинала, а значит — и от медалей. Причем еще на первом этапе очень достойно сыграли с бразильцами.

- Вы долго были основным вратарем сборной Союза, а ваш "Спартак" регулярно выигрывал чемпионат страны. Но вот испанским этапом своей биографии вы, наверное, недовольны?

- Нет, почему же... Конечно, не так просто было адаптироваться в западном футболе. Но я ведь все-таки закрепился в "Севилье" и провел в ней несколько хороших сезонов.

- После завершения карьеры игрока вы далеко не сразу нашли себя в новой жизни. Тогда, в середине 90-х, не задумывались, что так и останетесь в Испании без работы, без будущего?

- Да, сложный период был. Полтора года все это продолжалось. Я мог целыми днями не выходить из дома, и никого особо видеть мне не хотелось.

- Кто-нибудь пытался вам в то время помочь?

- Это были мои испанские друзья и люди, которые просто ко мне хорошо относились. Приходили в гости, старались вытащить меня куда-нибудь из дома.

- Люди из футбольного окружения?

- В Испании практически каждый человек неравнодушен к футболу. Но нельзя сказать, что нас сдружил именно он. В городе было две команды — "Севилья" и "Бетис", которые были непримиримыми конкурентами. Так вот среди людей, помогавших мне, бывшему вратарю "Севильи", были и болельщики "Бетиса".

- А в России о вас тогда совсем не вспоминали?

- Не знаю, что и сказать... Вроде бы старые приятели пытались меня разыскать, но не смогли. Да, я жил тогда уединенно, но нельзя сказать, что при этом прятался от людей. Мой телефон можно было узнать в офисе "Севильи". В конце концов, российские журналисты приезжали ко мне домой.

- Они ведь вас и уговорили вернуться в Москву. Ваша жена-испанка Мария легко тогда согласилась на переезд в незнакомую страну?

- Уговаривать не пришлось, потому что она любит меня. Еще в Испании у нас появилось двое детей. И я очень рад, что и в Москве жена родила двоих.

- По крови вы — татарин. В мечети вместе бывали?

- Конечно. Хотя сначала мы жили в гражданском браке. Даже когда приехали в 1998 году в Москву, не сразу расписались. Свадьбу сыграли только в 2002-м. Тогда, естественно, и в мечети побывали — нужно уважать традиции. Кстати, сына и дочь, которые родились в Севилье, мы назвали испанскими именами — Мигель и Беатрис. А детей, появившихся на свет уже в Москве, — татарскими, Алия и Салим.

- Вы, можно сказать, активные участники нацпроекта по увеличению рождаемости...

- Да, хотя мы с женой только однажды задумались об этом. Когда прошлой осенью Салим родился, мы сидели с женой на кухне, шутили. И вдруг решили позвонить по справочному телефону, чтобы узнать, можно ли получить государственную выплату за новорожденного. Но нам ответили, что деньги будут выплачиваться только за детей, родившихся уже в 2007 году. Но я не думаю, что мы поторопились (смеется).

- Мигель занимается в вашей Академии вратарского искусства. Получается у него?

- На этот счет я не берусь загадывать. Для вратаря, кроме техники, ведь еще и определенные данные нужны. Рост, в частности. У Мигеля сейчас — 171 сантиметр. Для 15-летнего школьника это не так и много. Ему еще нужно подрасти.

- Должность тренера вратарей в сборной России по-прежнему вакантна. Не жалеете, что отказались ее занять прошлой осенью?

- Для меня работа в своей академии оказалась важнее. Но это не значит, что у меня испортились отношения с руководством РФС и сборной. Надеюсь, мы поняли друг друга.
комментарии

опрос

Главное событие 2017 года?

Лента новостей

Турнирные таблицы